6001-23-00-3гп/96

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 апреля 2023 года город Астана

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Казахстан в составе:

председательствующего – председателя коллегии Шарипова Н.К., судей Жусупбековой Г.К., Токтаровой Б.Ж., рассмотрев с участием представителей: истца - Г[...], ответчиков – Қ[...]., Б[...], третьего лица - К[...],

в открытом судебном заседании посредством мобильной видеоконференцсвязи гражданское дело по иску Д[...] к Д[...], Ж[...], Ә[...], нотариусу Е[...], с привлечением третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, акционерного общества «ForteBank», о признании доверенности и договоров дарения недвижимого имущества недействительными,

поступившее по ходатайству Д[...] о пересмотре постановления судебной коллегии по гражданским делам суда города Шымкента от 8 ноября 2022 года,

УСТАНОВИЛА:

Д[...] обратилась в суд с вышеуказанным иском, мотивируя тем, что при выдаче оспариваемой доверенности находилась под влиянием обмана и заблуждения со стороны супруга Д[...], который, пользуясь доверительными отношениями, под предлогом необходимости регистрации акта приемки построенного объекта в эксплуатацию, фактически переоформил совместно нажитое имущество на свое имя. В дальнейшем ответчик при отсутствии согласия истца безвозмездно передал объекты недвижимости в собственность своему брату Ж[...] с целью увода от раздела.

Решением Абайского районного суда города Шымкента от 5 июля 2022 года иск удовлетворен. Признаны недействительными удостоверенные нотариусом Е[...]:

• доверенность Д[...] от 11 августа 2020 года, выданная на имя Ә[...];

• договоры дарения недвижимого имущества, расположенного по адресу: город Шымкент, [...], заключенные 17 августа 2020 года между

Ә[...] и Д[...], и 19 ноября 2020 года между Д[...] и Ж[...];

• договоры дарения недвижимого имущества, расположенного по адресу: город Шымкент, [...], заключенные 26 августа 2020 года между Ә[...] и Д[...], и 14 октября 2020 года между Д[...] и Ж[...]

Разрешен вопрос о судебных расходах.

Постановлением судебной коллегии по гражданским делам суда города Шымкента от 8 ноября 2022 года решение суда первой инстанции отменено, вынесено новое решение об отказе в удовлетворении иска.

В ходатайстве заявитель, ссылаясь на существенные нарушения норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление апелляционной коллегии и оставить в силе решение суда первой инстанции. В отзывах на ходатайство ответчик Д[...] и представитель Қ[...]. просят апелляционное постановление оставить в силе. Заслушав пояснения представителя истца, поддержавшего доводы ходатайства, возражения представителей ответчиков и третьего лица против доводов ходатайства, исследовав материалы дела, обсудив доводы ходатайства и отзывов, судебная коллегия приходит к следующим выводам. В соответствии с частью 5 статьи 438 Гражданского процессуального кодекса (далее – ГПК) основаниями к пересмотру в кассационном порядке вступивших в законную силу судебных актов являются существенные нарушения норм материального и процессуального права, предусмотренные статьей 427 ГПК, которые привели к вынесению незаконного судебного акта. Такие нарушения судом апелляционной инстанции допущены. Как следует из материалов дела, Д[...] и Д[...] состояли в зарегистрированном браке с 10 декабря 2005 года, имеют двоих несовершеннолетних детей.

Решением Енбекшинского районного суда города Шымкента от 2 декабря 2021 года брак между супругами расторгнут.

В период брака супруги приобрели в совместную собственность недвижимое имущество, расположенное по адресу: город Шымкент, [...] (далее – Баня) и здание № 131 (далее – Торговый центр).

Нотариально удостоверенными свидетельствами о праве собственности от 6 и 24 августа 2020 года подтверждено равенство долей супругов (по 1/2) в общем совместном имуществе в виде Бани и Торгового центра (далее – спорное имущество), с регистрацией в органах юстиции.

11 августа 2020 года Д[...] выдала Ә[...] доверенность с правом выделения ее доли в совместном имуществе и последующего дарения Д[...]

На основании доверенности Ә[...], действуя от имени Д[...], заключил с Д[...] договоры от 17 и 26 августа 2020 года о передаче в дар 1/2 доли истца в Бане и Торговом центре.

В последующем на основании договоров дарения от 14 октября и 19 ноября 2020 года Д[...] подарил спорное имущество брату Ж[...]

Д[...] оспорила в суде доверенность и договоры дарения спорного имущества, указывая, что Д[...] под предлогом регистрации акта приемки объекта в эксплуатацию ввел ее в заблуждение для получения доверенности на имя Ә[...], с которым она ранее не была знакома. При подписании доверенности в смысл документа не вникала и его содержание не читала, так как полностью доверяла супругу. В ноябре месяце 2020 года истцу стало известно, что на основании доверенности ее доля в спорном имуществе подарена Д[...], который без ее ведома и согласия переоформил недвижимость на брата. В декабре 2021 года ответчик развелся с ней, оставив с двумя несовершеннолетними детьми без имущества и жилья.

Суд первой инстанции удовлетворил требования истца, мотивируя тем, что оспариваемые доверенность и договоры дарения совершены с нарушением принципа прозрачности и свободы оформления сделок. Суд пришел к выводу о том, что истец находилась под влиянием заблуждения, ошибочно представляла характер и элементы выдаваемой доверенности, полагая, что предоставляет поверенному право для регистрации акта приемки в эксплуатацию недвижимого имущества.

Апелляционная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, и принимая новое решение об отказе в иске, исходила из того, что истцом не представлены доказательства порочности ее воли при выдаче доверенности.

Указала, что Д[...] была полностью ознакомлена с содержанием доверенности, понимала смысл, значение и юридические последствия совершаемого нотариального действия; оспариваемые сделки соответствуют требованиям законодательства, Д[...] вправе самостоятельно и по своему усмотрению распоряжаться своей долей в спорном имуществе.

Кроме того, руководствуясь пунктом 2 статьи 162, пунктами 2, 3 статьи 179 Гражданского кодекса Республики Казахстан (далее – ГК), суд апелляционной инстанции по ходатайству стороны ответчиков применил к требованиям истца годичный срок исковой давности как самостоятельное основание для отказа в удовлетворении иска.

Судебная коллегия считает, что выводы суда апелляционной инстанции основаны на неправильном применении норм материального и процессуального права, не соответствуют установленным обстоятельствам, имеющим существенное значение для дела.

Согласно пункту 1 статьи 8 ГПК каждый вправе в порядке, установленном настоящим Кодексом, обратиться в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу статьи 147 ГК сделками признаются действия граждан и юридических лиц, совершаемые при свободном волеизъявлении его участников, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании пункта 1 статьи 9 ГК признание судом сделки недействительной является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии со статьей 167 ГК доверенностью признается письменное уполномочие одного лица (доверителя) для представительства от его имени, выдаваемое им другому лицу (поверенному).

Пунктом 8 статьи 159 ГК предусмотрено, что сделка, совершенная вследствие заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки, тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению.

Из смысла вышеназванной нормы следует, что сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сложилась неправильно вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

Согласно материалам дела Д[...] в обоснование иска сослалась на обман и заблуждение относительно природы сделки, поскольку исходила из неправильного понимания объема отчуждаемых прав, полагая, что выдает доверенность для оформления акта ввода в эксплуатацию.

Доводы истца заслуживают внимания, поскольку на основании оспариваемой доверенности нотариусом выданы свидетельства о праве собственности супругов на доли в совместном имуществе, а 2 сентября 2020 года получен акт приемки построенного объекта в эксплуатацию по адресу: город Шымкент, [...].

Тем самым, при подписании доверенности истец заблуждалась относительно последствий совершения односторонней сделки, которая не отражала ее действительную волю на безвозмездное отчуждение своей доли в спорном имуществе, поскольку не предполагала, что Д[...] станет единоличным владельцем спорного имущества, с последующей передачей его в дар брату.

В результате юридически оформленного права собственности ответчика Ж[...] на недвижимость Д[...] фактически лишилась права собственности на спорное имущество и возможности его раздела при расторжении брака.

Указанные обстоятельства оставлены апелляционной инстанцией без должного внимания и надлежащей правовой оценки.

Учитывая характер взаимоотношений супругов, находившихся в совместном браке с 2005 года, очевидно основанный на взаимном доверии, хронологическую последовательность совершения сделок, последующие действия Д[...] по безвозмездному отчуждению спорного имущества своему брату в короткий промежуток времени и расторжению брака с истцом, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что выдача доверенности и заключение на ее основании договоров дарения явились следствием введения истца в заблуждение ответчиком.

При таких обстоятельствах обоснованы выводы суда первой инстанции о том, что на момент выдачи доверенности истец не имела намерений отчуждать свою долю в совместном имуществе и лишать себя права собственности, поскольку имела существенный интерес в использовании недвижимости в интересах детей ввиду отсутствия другого имущества.

Действия Д[...] по передаче в дар брату спорного имущества судом правильно расценены как намерение ответчика уклониться от раздела совместно нажитого имущества супругов.

При удовлетворении иска о признании договоров дарения недействительными, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что вопреки требованиям пункта 1 статьи 33, пункта 3 статьи 34 Кодекса Республики Казахстан «О браке (супружестве) и семье» (далее – Кодекс) согласие истца на безвозмездное отчуждение общей совместной собственности не было получено.

Волеизъявление истца на передачу спорного имущества в собственность Ж[...] не доказано. Доводы ответчика о том, что объекты недвижимости получены Д[...] в дар и не являются совместно нажитым имуществом, внимания не заслуживают, поскольку опровергаются свидетельствами о праве собственности, имеющими юридическую силу.

По мнению судебной коллегии, установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что действия ответчиков не соответствуют требованиям статьи 8 ГК, согласно которым осуществление гражданских прав не должно нарушать прав и охраняемых законодательством интересов других субъектов права. Граждане и юридические лица должны действовать при осуществлении принадлежащих им прав добросовестно, разумно и справедливо, соблюдая содержащиеся в законодательстве требования, нравственные принципы общества. Не допускаются действия граждан, направленные на причинение вреда другому лицу, злоупотребление правом в иных формах, а также на осуществление права в противоречии с его назначением.

По делу усматривается, что инициатором оформления доверенности являлся Д[...], который в полной мере оценивал и осознавал последствия такого письменного уполномочия. Однако при осуществлении принадлежащих ему прав действовал недобросовестно и несправедливо, без соблюдения, содержащихся в законодательстве требований и нравственных принципов общества, злоупотребляя правом, поскольку фактически увел совместно нажитое имущество от раздела.

В свою очередь, Ж[...] при заключении договоров дарения также действовал неразумно, поскольку ему должно было быть известно о возможных последующих притязаниях истца на спорное имущество.

Судебная коллегия считает ошибочными выводы апелляционной инстанции о применении к требованиям истца сокращенного годичного срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 162 ГК, поскольку согласно исковому заявлению правовым основанием иска указаны, в том числе пункт 8 статьи 159 ГК и статья 34 Кодекса. В связи с чем, к спорам о признании сделок недействительными по указанным основаниям применяется общий трехгодичный срок исковой давности.

Таким образом, апелляционной коллегией нарушены нормы материального права - применен закон, не подлежащий применению, установленным по делу обстоятельствам не дана надлежащая правовая оценка, что привело к неправильному разрешению спора. Указанные нарушения являются существенными и влекут отмену оспариваемого апелляционного постановления с оставлением в силе решения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 109 ГПК с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 467 786 тенге, оплаченная при подаче ходатайства в суд кассационной инстанци.

Руководствуясь подпунктом 2) части 2 статьи 451 ГПК, судебная коллегия

ПОСТАНОВИЛА:

Постановление судебной коллегии по гражданским делам суда города Шымкента от 8 ноября 2022 года отменить, оставить в силе решение Абайского районного суда города Шымкента от 5 июля 2022 года.

Взыскать с Д[...], Ж[...], Ә[...] в долевом порядке в пользу Д[...] расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 467 786 (один миллион четыреста шестьдесят семь тысяч семьсот восемьдесят шесть) тенге.

Ходатайство Д[...] удовлетворить.

Председательствующий

Н. Шарипов

Г. Жусупбекова

Судьи

Б. Токтарова

Копия верна. Судья

Г. Жусупбекова